Тайвань пересматривает саму концепцию национальной обороны, делая ставку на технологии, которые сегодня меняют облик современной войны. Стратегия, получившая в американских экспертных кругах пугающее название «адский ландшафт», подразумевает создание непреодолимой преграды из беспилотников и безэкипажных катеров. Идея проста и в то же время амбициозна: превратить любой подход китайских сил к острову в настолько рискованную операцию, чтобы Пекин сам отказался от идеи вторжения. Об этом сообщает The New York Times, опираясь на свидетельства военных и аналитиков.
Наглядно продемонстрировать возможности новой тактики удалось 6 августа в ходе ежегодных маневров «Хань Куан». Журналистам показали, как подразделения в центральной части острова используют дроны для ведения разведки. Генерал-майор Лу Вэнкыуань, приложивший руку к планированию этих учений, подчеркнул, что фокус смещен не только на использование БПЛА, но и на отработку навыков противодействия вражеским беспилотникам.
Признание важности этой технологической гонки звучит и со стороны высшего командования. Генерал-лейтенант Хуан Вэньци честно отметил, что в вопросах развития беспилотных технологий Тайвань долгое время находился в роли догоняющего, проходя путь через ошибки и эксперименты. Однако последние два года стали переломными.
Масштабы планов поражают: к 2030 году остров намерен выйти на производство 100 тысяч дронов ежемесячно, а общий объем закупок для нужд армии должен превысить 210 тысяч единиц. Макс Ло, возглавляющий Тайваньскую национальную ассоциацию индустрии дронов, не скрывает серьезности намерений: для выживания нации беспилотники становятся фундаментом обороны. В основе этой стратегии лежит урок, извлеченный из украинского конфликта — использование массовых, дешевых, но эффективных БПЛА позволяет нивелировать численное превосходство крупного противника.
Эксперты видят в этом огромный потенциал. Так, Мика Райан из сиднейского Института Лоуи предполагает, что Тайвань способен атаковать китайские корабли прямо на выходе из портов КНР в случае попыке высадки десанта. Однако есть и скепсис. Исследователи из Тайбэя, в частности Шу Сяохуан из Института исследований национальной обороны и безопасности, предупреждают: одного наличия «железа» недостаточно. Армии предстоит пройти через то, чего она пока не знала — через реальное боевое крещение, а также полностью перестроить военную доктрину и систему обучения.
Политический ландшафт внутри самого Тайваня также не без трений. Хотя все партии согласны с необходимостью наращивания производства, вопрос денег остается острым. Правительство предлагает выделить на закупки 6,5 миллиардов долларов в течение пяти лет, в то время как оппозиционный «Гоминьдан» настаивает на более масштабном бюджете — 7,4 миллиарда долларов, но с распределением на шесть лет.
Практические шаги по созданию «зоны поражения» уже предпринимаются. В июне в ходе учений тайваньские войска отработали уничтожение десанта, используя мобильные ракетные комплексы Thunderbolt-2000 на базе грузовиков, американские гаубицы Paladin, а также артиллерию и минометы. Задача — создать плотный огонь, способный остановить врага на подступах.
Напряженность в регионе растет. Еще 7 июня агентство «Синьхуа» сообщило о масштабных морских операциях Китая к востоку от острова, что вызвало немедленную реакцию Тайбэя — пять кораблей береговой охраны были направлены в зону маневров КНР.
Конфликт имеет глубокие исторические корни. После гражданской войны 1949 года Тайвань провозгласил независимость, что Пекин категорически не принимает, считая остров своей частью. Любые международные контакты с Тайбэем КНР рассматривает как посягательство на суверенитет. Тайвань же твердо отвергает навязанный Китаем принцип «одна страна — две системы», отстаивая свое право на самоопределение.
