Представьте себе европейский завод, где конвейеры постепенно замирают, а цеха пустеют. Это не сценарий фильма-катастрофы, а реальность, которой опасается Франсиско Риберас, возглавляющий Gestamp. В недавнем интервью Financial Times топ-менеджер компании-поставщика автокомпонентов озвучил тревожный прогноз: если европейскому автопрому не удастся перестроить отношения с Пекином, континент рискует лишиться своего главного экономического фундамента.
По мнению Рибераса, ставки в этой игре предельно высоки. Автомобилестроение — это не просто сборка машин, это сложнейшая экосистемы, кормящая сталелитейщиков, производителей алюминия, стекла и химикатов.
«Потеря автомобильной промышленности может означать потерю самой промышленности в Европе, и последствия будут иметь далеко идущий характер», — подчеркивает глава Gestamp.
Ситуация накалена до предела. С 2017 года объемы производства транспорта в Европе просели на 20–25%, и наиболее болезненный удар пришелся по Германии. На фоне падения спроса и массовых сокращений европейские игроки ведут настоящую борьбу за выживание, пытаясь противостоять мощному натиску китайских компаний.
Однако стратегия Рибераса не сводится к тотальному запрету. Он призывает не отталкивать китайский капитал, если тот готов инвестировать в европейскую землю. Его логика проста: не так важно, чья марка стоит в автосалоне, важно, чтобы производство и рабочие места оставались внутри ЕС. Но есть одно критическое «но».
Главная проблема заключается в структуре поставок. Сейчас многие китайские заводы, работающие на европейской территории, представляют собой лишь оболочку для финальной сборки.
«Если выяснится, что всё, что мы делаем, — это собираем автомобили здесь, в то время как все компоненты поставляются из Китая, мы разрушим всю цепочку создания стоимости», — предостерегает руководитель Gestamp.
В компании отмечают, что у них крайне мало контрактов с китайцами, работающими в Европе, так как большинство деталей всё равно импортируется напрямую из КНР.
В качестве щита обсуждается законопроект «Сделано в Европе» (Industrial Accelerator Act, IAA). Его суть — в защитных механизмах: страны ЕС могут блокировать китайские инвестиции объемом более 100 миллионов евро, а уровень локализации производства должен достигать 70%. Риберас называет этот шаг «оборонительным». По его словам, это не чистый протекционизм, а попытка выиграть время и защититься от недобросовестной конкуренции, пока предприятия не начали массово банкротиться.
«Как только промышленная база будет утрачена, ее уже не вернуть», — добавляет он.
Решение проблемы требует единого плана, технологического обновления и цифровизации. Параллельно с этим Брюссель ищет способы диверсификации. По данным Bloomberg, ЕС готовит «инструмент солидарности» — финансовый механизм, который поможет компаниям перестроить цепочки поставок и создать «подушку безопасности» на случай торговых войн. Ранее Politico сообщало, что Евросоюз уже рассматривает расширение списка секторов для защитных мер, по аналогии с тем, как это было сделано для стали и ферросплавов.
Однако Пекин не намерен занимать позицию стороннего наблюдателя. В столице КНР уже выступили с предупреждением: новый закон может быть расценен как дискриминация иностранных инвесторов. Китайские власти уверены, что подобные меры затормозят «зеленый переход» Европы и разрушат принципы честной рыночной конкуренции.
